Рассказы о Новом годе, Рождестве и зиме

Рассказ "Заветная мечта"

Стёпа устало привалился к подоконнику, чувствуя, как от щелей в деревянной раме тянет тонкой и колючей струйкой зимнего холода. Весь этот день мальчишку терзало смутное чувство горечи и болезненного разочарования. Он думал встретить этот Новый Год совсем иначе... А ведь всего год назад он имел настоящую семью: у него был весёлый, понимающий папа, ласковая и заботливая мама, младший брат Петя... и зрение.

Стёпка попытался прогнать картину прошлого Нового Года, которая стояла перед его мысленным взглядом. Уютная и тёплая комната полна запаха мандаринов и аромата хвои. Возле окна стоит невысокая, но пушистая зелёная сосёнка, украшенная игрушками, гирляндой и блестящей мишурой. Большой новогодний стол заставлен тарелками с салатами, закусками и фруктами. А на диване сидит его семья: папа, брат, он сам, бабушка и дедушка. Мама хлопочет у стола, то принося новые кушанья, то убирая посуду в мойку.

Стёпка до боли прикусил губу, вспоминая, что положило его беспечному детству страшный конец и что развеяло до боли приятную глазу картину семейной встречи Новогодней ночи.

...Отец судорожно крутил руль, бросая машину в крутые виражи, а истошный визг тормозов звенел в ушах. Но разогнавшаяся машина почти не снижала скорость и, крутясь вьюном, неслась по дороге. А навстречу летела другая машина. Сквозь лобовое стекло можно было мельком заметить перекошенное ужасом лицо водителя, замершие возле руля руки. Он беспомощно, со страхом в остекленевших глазах глядел на их автомобиль и, парализованный ужасом, не мог даже повернуть руль...

Острая вспышка боли, резкий визг шин и хруст трескающегося стекла. Вертящаяся машина и ринувшийся навстречу потолок были последними, что он увидел. А потом был удар и невыносимая боль...

Петя, сидевший на заднем сидении, отделался сильными ушибами и шоком. Стёпке повезло меньше – от сильного удара головой он навсегда лишился возможности смотреть на этот мир. А родители и бабушка с дедушкой... Стёпка замер, чувствуя, как быстрые слёзы пробежали по его щекам.

Этот Новый Год он вынужден встречать здесь, в приюте. Но никаких песен, хороводов и ёлок не было. Им просто раздали пакетики с конфетами и этим всё ограничилось. В эту новогоднюю ночь они лягут спать так же рано, как и обычно.

От грустных размышлений мальчика отвлекли шаги и едва слышный шум открывающейся двери. Стёпка узнал мягкий голос воспитательницы Антонины Михайловны:

- Ну, время позднее. Давайте ложиться спать. Кому из вас помочь?..

Стёпка услышал возню и шум – соседи по комнате неуверенно, ощупывая всё руками, разбирали кровати и готовились ко сну. Некоторым, ещё не привыкшим делать всё в вечной темноте слепоты, помогала Антонина Михайловна. Но Стёпка уже хорошо ориентировался в комнате, да и во всём здании, поэтому ходил уверенно, не боясь наткнуться на стены и мебель. Мальчик на ощупь разобрал кровать и нырнул под одеяло. Завозился, устраиваясь поудобнее и натягивая одеяло до плеч.

Когда все улеглись, а суета затихла, воспитательница выключила свет. Стёпка не видел, как яркий свет ламп резко потух, но ясно слышал громкий щелчок выключателя. Воспитательница снова оглядела тёмную комнату.

- И не забудьте загадать желание, - мягко напомнила она. – Сегодня Новогодняя Ночь, и оно должно обязательно сбыться.

Дверь закрылась, и комната погрузилась в непроглядную темноту, сопровождающуюся глухой тишиной. Стёпка вздохнул. Он всей душой желал себе любящую семью, которая бы заменила ему погибшую. И, конечно же, утерянное в автокатастрофе, зрение. Это было его самым заветным желанием. И... самым несбыточным.

Стёпа глубоко вздохнул и тихо-тихо, так, чтобы было слышно только ему, прошептал:

- Хочу семью... Хочу видеть... – желанье прозвучало коротко, быстро растаяло в тишине, голос мальчика дрогнул и сорвался. Стёпка всем сердцем надеялся на то, что когда-нибудь он будет жить в обычной, нормальной семье, а сплошную темноту слепоты разрежет яркий свет и он снова увидит мир во всех его ярких красках... При мысли об этом сердце замирало от горькой радости и болезненного ожидания. Он всё равно искренне верил, что сможет войти в нормальную жизнь, дверь которой резко и беспощадно захлопнулась перед ним, когда ему было всего восемь лет...

***

Стёпка проснулся от негромких, но взволнованных голосов за дверью. Мальчик прислушался, надеясь разобрать заглушенный закрытой дверью разговор. Говорили трое. Он без труда узнал мягкий голос Антонины Михайловны, нежный и ласковый, полный какого-то волнения, голос явно молодой женщины, спокойный и уверенный голос какого-то мужчины, который деликатно спросил:

- Но кого из мальчиков вы можете нам посоветовать?

- Я могу посоветовать вам несколько ребят, – спокойно ответила Антония Михайловна, – но у каждого из них здесь своя судьба и свои несчастья. Вы можете сами посмотреть на всех, пообщаться ними и самим выбрать ребенка. После завтрака вы можете познакомиться со всеми, когда они выйдут на прогулку.

- Хорошо, – в голосе женщины явно читалось разочарование, сменившееся нетерпением. – Но мы можем пока пройти в кабинет заведующего приютом, чтобы ознакомиться с документами детей?

- Конечно, – согласилась Антония Михайловна. – Я вас провожу...

Стёпа услышал шаги. Они отдалялись, становились всё глуше и вскоре затихли.

Мальчик замер, чувствуя, как сердце наполняется отчаянной надеждой. По короткому разговору он понял, что эти люди приехали в приют для слабовидящих, чтобы выбрать себе ребёнка. Почти весь год мальчик жил лишь одной надеждой, что сбудется то, что он с трепетом и замиранием души пожелал в Новогоднюю ночь. Но когда миновал октябрь, а родители всё не приезжали, он разуверился в этом. И тогда жизнь в приюте снова стала тоскливой и бесцветной...

Стёпа не знал, сколько времени осталось до того, как их должны разбудить. Он заворочался, не в силах отделаться от растущего чувства волнения и ожидания...

Вскоре, на завтраке, все дети узнали о том, что в приют приехали люди, которые готовы выбрать себе ребёнка. Эта новость, словно на быстрых крыльях, облетела весь приют, заставляя сердца детей наполняться мерцающей надеждой – то разгорающейся, то вновь угасающейся.

Несмотря на конец осени, погода была довольно тёплая и сухая, поэтому после завтрака всех вывели на прогулку. Двор приюта представлял собой небольшой сад с каменистой дорожкой, по которой воспитатели водили детей, пристально следя, чтобы они не наткнулись на дерево или не спотыкнулись о камень или ветку. По бокам тропинки стояли удобные деревянные скамейки, на которых ребята сидели и дышали свежим воздухом.

Прогулка шла обычным чередом: некоторые под руку или неуверенно сами, но под постоянным взором суетившихся рядом со своими беспомощными подопечными воспитателей, прогуливались по саду. Остальные сидели на скамьях, тихо разговаривали или обсуждали появление людей в приюте, которое стало главной новостью дня.

Эти самые люди, как выяснилось Виктор и Наталья, сидели на самой дальней скамье и разговаривали с заведующей. Она то показывала на некоторых детей, что-то объясняя, то просто молчала, выслушивая будущих родителей.

А после гости встали и пошли знакомиться с детьми. Стёпа сидел на дальней скамейке, и поэтому к нему будущие родители некоего счастливца подошли к последнему. Сначала мальчик услышал вкрадчивый шорох сухих листьев. Шорох становился всё громче, и тогда Стёпа услышал отчётливые шаги.

- Здравствуйте, – пробормотал мальчик, смутившись и не поднимая головы.

- Здравствуй, - ответила Наталья. – Тебя ведь зовут Стёпой?

Женщина присела на скамью рядом с мальчиком. Стёпа кивнул, стараясь не выдать своего волнения.

- Так что же случилось с тобой, Стёпа? – мягко и аккуратно, боясь причинить боль воспоминаниями, спросил Виктор.

- Автокатастрофа... Я лишился зрения в автокатастрофе... Мой брат, который выжил, в другом приюте, а родители и бабушка с дедушкой... – голос мальчика невольно задрожал и сорвался.

- Прости, я не хотел, – виновато произнёс Виктор.

- Ничего, – слегка мотнул головой Стёпа. Вздохнул и словно против воли, нехотя, признался. – На Новый Год я загадал желание обрести семью и вернуть зрение... – мальчик почувствовал, как в горле встаёт ком. Тоску, боль и горечь, скопившиеся на сердце, Стёпа больше не мог удерживать в себе. Мальчик стал рассказывать обо всём, что так долго лежало у него на душе и мешало жить: о своей родной погибшей семье, брате, о желании видеть, о жизни в приюте... Он говорил и говорил, едва переводя дух и чувствуя, с какой вниманием и сочувствием слушают его Наталья и Виктор.

- Что ж, – медленно сказала Наталья. – Если ты не против, то мы можем исполнить сразу все твои желания: сделать тебя нашим сыном, найти твоего брата и... – Наталья обернулась к мужу. Тот слегка кивнул, словно подтверждая, – …и, возможно, даже зрение, – закончила женщина.

- Зрение? – замер Стёпа. – Но как?

- Дело в том, что я хирург и провожу операции на глазах, – серьёзно ответил Виктор. – Если я смогу поговорить с врачами, которые работают в больнице, куда тебя доставили после автокатастрофы, и узнаю причину потери зрения, я, возможно, смогу провести операцию. Но если это будет возможным, так как есть некоторые противопоказания. Всё зависит от твоего диагноза.

- Хорошо... – пробормотал Стёпа. – А... почему вы выбрали именно меня?

- Заведующая постоянно советовала тебя, говоря, что ты самый скромный и тихий мальчик, – с улыбкой ответила Наталья. – Ты действительно очень хороший, искренний. Особенно мне понравилось твоё доверие и открытость. Я не думала, что ты сможешь выложить всё, что у тебя на душе, посторонним людям...

- Я и сам не думал, - пробормотал мальчик.

- Так ты готов стать нашим сыном? – спросил Виктор.

- Да!..

***
Знакомые руки бережно коснулись повязки на глазах. Крепкие пальцы уверенно развязали узел на затылке и осторожно сняли полосу марли.

- Попробуй открыть глаза. Ты видишь что-нибудь? – спросил отец. Его голос звучал устало и напряжённо.

Стёпа вздохнул, не спеша открывать глаза. С тех пор, как он обрёл семью, снова встретился с Петей, он жил как обычный человек – в доме, со своей семьёй. Но вечная темнота перед глазами и первоначальная беспомощность, когда он очутился в новой квартире и, неуклюже выставив руки, осторожно нащупывал каждый шаг, не давала ему покоя. Отец наводил справки и разговаривал с врачами. После недолгих раздумий он признал, что операция долгая и очень сложная, но он готов её провести...

После удачной, как говорил отец, операции, прошла ровно неделя. Всё это время Стёпа лежал в больнице под присмотром отца и других врачей, восстанавливаясь. На его глаза была наложена повязка, которую собирались снять ровно через семь дней. И именно сейчас он узнает: суждено ему видеть, или он навеки останется слепым?..

Мальчик медленно приподнял веки...

В глаза брызнул яркий свет ламп, от которого появились слёзы. Стёпа часто заморгал, стараясь привыкнуть к нему. После вечной темноты он казался ослепляющим. Но это было не так важно для мальчика – Стёпа видел. Видел всё. Просторный кабинет, отца, маму... Петю...

- Я... вижу... – прошептал Стёпа, не в силах сдержать счастливых слёз. – Я... вижу!..

Стёпа неловко огляделся, рассматривая всё вокруг. После черноты, которая окружала его, свет казался непривычно ярким, заставляя глаза слезиться и моргать. Мальчик встал и уверенно, уже не выставляя вперед руки, подошёл к окну.

На больничный двор уже успели опуститься тёмные вечерние сумерки. Небо было занавешено снеговыми тучами. Снежинки порхали в воздухе, сплетаясь в невесомый кружевной занавес. Снег укрывал двор плотным белым покрывалом, делая его светлым и безмолвным.

Во дворе стояла высокая ёлка. На её верхушке сияла большая ярко-красная звезда, а ветви были украшены различными игрушками. Шарики всевозможных размеров и цветов, забавные фигурки, блестящая мишура и яркая, сверкающая разноцветными всполохами огней, гирлянда... Ёлка то терялась в белизне снега, то разноцветные блики вновь выхватывали из белой завесы её неясные очертания.

Душа Стёпы наполнилась радостью от ощущения, что скоро Новый Год. И теперь он проведёт его вместе с семьёй, смотря на мир... Мальчик слегка улыбнулся, глядя на заснеженный белый двор. Кажется, всего недавно он загадывал желанье, чтобы жизнь его изменилась и стала совсем другой...

- Спасибо, – тихо-тихо шепнул Стёпа. – Спасибо...

Трямкина Мария (Аникина Ольга Васильевна)
28.01.2015 г. 0 289