Рассказы о Новом годе, Рождестве и зиме

Рассказ "Настя - тридцать три несчастья"

До полуночи оставалось чуть меньше двух часов. За окном уже давно сгустилась тьма, разрезаемая ярким светом уличных фонарей. С высоты пятого этажа они были похожи на маленькие бусинки, рассыпавшиеся по свежему снегу. Какие-то были начищены чуть лучше, какие-то боролись с темнотой с переменным успехом, а какие-то, насколько я помню, никогда не работали. Но и без них на улице было достаточно света, ведь в новогоднюю ночь с трудом можно отыскать хоть одно темное окошко. Кому взбредет в голову спать в столь волшебное время?

По телевизору в сотый раз за день крутили классику советского кинематографа. Я уже не обращал на фильмы внимания, заканчивал накрывать на стол. Почти все было готово к празднованию. Оливье нарезано ровными кубиками, как учила когда-то мама, в шубе норма майонеза была допустимой, а в углу стола ютился холодец, похожий скорее на какое-то инопланетное существо, нежели на нормальную еду. Я этот «деликатес» ненавидел с детства, но почему-то из года в год продолжал его готовить, прекрасно понимая, что он, скорее всего, будет скормлен соседской кошке первого января. Делать было, откровенно говоря, нечего. До традиционного обращения президента нужно было дотерпеть, но все дела были закончены, родственники давно обзвонены, поздравлены с наступающим новым годом, а просто просиживать штаны у телевизора уже надоело. Меня бодрила лишь мысль о том, что после полуночи я смогу достать дорогой фейерверк, купленный мною на прошлой неделе, выйти во двор и запустить его. Посмотреть на него наверняка выберутся из теплых квартир соседи. Если же нет, хотя бы одна детская мечта сбудется, я впервые сам запущу фейерверк. Когда я был маленьким, этим всегда занимался папа, а меня прогоняли подальше, чтобы я случайно не покалечился. Теперь же я жил один, а потому чувствовал себя достаточно взрослым и самостоятельным для того, чтобы рисовать на небе прекрасные искрящиеся узоры.

За неимением иного развлечения, я перепроверил, на месте ли стояла цветная коробочка с надписью «салют». Она, что неудивительно, никуда не делась из-под шкафа в прихожей, но я вдруг вспомнил, что для того, чтобы запустить фейерверк, необходима зажигалка или хотя бы спички, которых в квартире не было. Пустой коробок я выкинул еще утром, но почему-то совсем об этом забыл.

— Ну, не беда… — буркнул я себе под нос, хватая с вешалки старый пуховик и натягивая на ноги ботинки. Спички всегда можно попросить у соседки, но сделать это стоило бы сейчас, а не после полуночи. Вдруг она ляжет спать раньше? Не хотелось бы помешать чужому отдыху

Я выбрался на лестничную клетку, накинул капюшон и оставил дверь немного приоткрытой. Если я ее захлопну, то без ключей не открою, а возвращаться за ними обратно в свою уютную обитель не хотелось. Я ведь всего на несколько минут, туда и обратно, что может случиться?

Соседка моя, Аня, была на пару лет меня старше, она работала ветеринаром, а потому дома у нее было полно животных. Помимо кошки и двух маленьких сов она держала трех больших зеленых жаб, одного хомяка и террариум со змеей по кличке Нагайна.

Я постучал в дверь и через несколько же секунд услышал какие-то шорохи, звук упавшей на пол куртки и звонкий Анин голос.

 — Иду, иду, сейчас открою. Ох, что ж ты… — кажется, я все же помешал какому-то важному действу. Какому именно, я узнал немного позже, когда дверь отворилась и из-за нее, в панике стуча по полу когтями, на меня вылетело что-то черное и мохнатое. Это нечто под ругань соседки мелькнуло у моих ног, блеснуло яркими изумрудными глазами и скрылось в тени лестницы. Кто-то очень не вовремя вновь выкрутил лампочку на лестничной клетке под нами, поэтому, кроме кромешной тьмы, я ничего не разглядел. —Вот ведь, Настя – тридцать три несчастья! А ну стой, негодница!

Настей звали Анину кошку, очень капризное и непослушное животное, которое, кажется, вновь решило удрать от хозяйки и прогуляться по двору.

 — Вечер, не побоюсь этого слова, добрый, — осторожно поздоровался я с высокой рыжеволосой девушкой, держащей в руках упаковку каких-то таблеток. Я вопросительно покосился на них, и Аня добродушно улыбнулась, сунув их в карман серой толстовки.

 — Здравствуй, Сема. Не обращай внимания, Настя опять удрала, а ей в одиннадцать таблетки нужно принимать, строго по расписанию. Знаешь ведь, она у меня болезненная. Ну, так чего тебе?

— Да вот спички нужны позарез, а у меня закончились. Не поможешь? — не стал я тянуть кота за хвост и сразу же озвучил просьбу.

— Есть, конечно, сейчас принесу! — кивнула Анька и скрылась в недрах квартиры, оставив меня задумчиво поглядывать в темноту лестницы. То и дело казалось, что где-то там, в маленьком царстве тьмы, что-то мелькало, шуршало, поблескивало.

Вскоре дверь отворилась вновь, и на пороге возникла одетая в зеленую куртку Аня, сжимающая в руках упаковку спичек. Их она сразу же протянула мне, и я благодарно кивнул:

— Спасибо, всегда выручаешь.

 — Ничего, зато ты утром опять с холодцом своим придешь, будет чем Настю порадовать! — хмыкнула девушка.

Она была права, первого января столь нелюбимое мной блюдо и вправду скармливалось подопечной соседки. У этого зверя вообще были очень странные предпочтения, список которых заканчивался далеко не холодцом. Любимой пищей кошки вообще был сырой картофель, это я знал не понаслышке.

Тут же, словно в подтверждение моих мыслей, девушка выудила из кармана куртки старенький смартфон и клубень сырой картошки. Я был абсолютно уверен в том, что царапины на экране были делом лап кошки.

— Кстати о Насте. Я боюсь, что одна поскользнусь и упаду с лестницы, когда буду ее ловить. Она наверняка у дверей  подъезда сидит. Подсветишь?

Делать дома все равно было нечего, потому я пожал плечами и согласился. Это небольшое приключение не должно продлиться дольше десяти минут. Аня сунула мне в руки телефон с включенным фонариком и направилась вниз, как и я, оставив дверь открытой. Это не осталось мной незамеченным.

— Может закроешь дверь? У тебя там тот еще зоопарк, мало ли кто еще сбежит.

Но девушка лишь отмахнулась:

— Все в клетках, а ключи искать я буду дольше, чем Наську ловить.

Спорить я не стал, у самого дверь квартиры была распахнута чуть ли не настежь.

Аня шла передо мной, на вытянутых руках неся злосчастный клубень с надрезанной верхушкой, чтобы было удобнее отламывать от него кусочки для беглянки. Я шел позади соседки, подсвечивая из-за плеча девушки пространство впереди. Медленно, но верно мы преодолевали преграды в виде темных лестничных пролетов. Один, второй, третий - и вот мы стоим перед дверью подъезда. Но судьба была бы к нам слишком благосклонна, если бы мы нашли кошку так быстро. Беда заключалась в том, что двери были открыты, а значит Настя, бессовестно воспользовавшись этим, убежала во двор.

— Вот непруха! — в сердцах воскликнула Аня и притопнула ногой от досады. — Ну что мне, по всему кварталу ее теперь искать?

— Да не беспокойся ты, сама придет, не глупая ведь. — попытался я её успокоить.

— Придет в лучшем случае утром. А ей лекарства пить надо строго по расписанию, — сурово взглянула на меня ответственная хозяйка.

Мне стало стыдно за свою невнимательность. Да уж, нельзя мне заводить домашнее животное, оно у меня не то, что от болезни, от голода помрет.

Пока мы стояли и думали, как же быть дальше, я краем глаза заметил черную тень, мелькнувшую у дерева во дворе. С полной уверенностью в том, что это Настя, я выбежал на улицу.

— Так вот же она, у дерева! — воскликнул я, и Аня побежала вслед за мной. Однако у дерева никого не оказалось, даже следов на свежем снегу не было видно.

 — А ты уверен, что она здесь была? — с сомнением покосилась на меня девушка, но я-то знал, что мне не показалось!

— Клянусь, это было что-то живое… — не успел я договорить, как черный комок шерсти с тихим мяуканьем свалился прямо с дерева и тут же припустил бежать в сторону ворот, то есть к заветной улице. Счастье, что машин на дорогах в новогоднюю ночь не было, а значит, животное случайно не попадет под колеса. Конечно, ведь нормальные люди в такое время дома сидят, телевизор смотрят, а не бегают по заснеженным улицам в поисках черных кошек.

— Вон она! Лови! — взвизгнула Анька и кинулась по следам подопечной. Я припустил следом, едва не протаранив собой ворота. Лед так неудачно возник под ногами, что я едва успел уцепиться пальцами за холодное металлическое ограждение. Девушка же была чуть более проворной, она молниеносно отворила калитку и выбежала на тротуар. Пушистый черный хвост исчез за углом ближайшего дома, за ним же пропала соседка.

 — Аня, подожди! -  я ринулся следом.

Поворот, еще один, прыжок через потрескавшийся бордюр, пробежка по заснеженной соседней улице, по заледеневшей «зебре», мимо уже неработающего гипермаркета...

Это, должно быть, была самая сложная полоса препятствий в моей жизни. По ощущениям я пробежал около километра, прежде чем поравнялся с Анькой. Но, несмотря на довольно долгую погоню, мы все еще видели только пушистый черный хвост, который то и дело исчезал за новыми поворотами. Девушка уже едва волочила ноги и была готова в любой момент свалиться без сил. Вдали виднелась почта, значит, мы добрались чуть ли не до центра нашего небольшого городка. Нужно было что-то срочно делать. 

Рискуя совсем отстать, я нырнул в темный закоулок, идущий параллельно центральной улице. Он должен был в конце резко вильнуть в бок и привести меня прямо к беглянке. Судьба оказалась ко мне благосклонна. Выбежав на тротуар и взглянув налево, я увидел сначала свою соседку, а потом и черный комок шерсти, со скоростью света несущийся ко мне в руки. Резкий рывок вбок, неожиданно скользкий асфальт под ногами, и я чувствую, как мой лоб довольно болезненно бьется о зеленую скамью у автобусной остановки. В то же мгновение что-то мягкое врезается мне в живот, и я быстро смыкаю руки, не позволяя кошке вновь совершить побег. В таком состоянии меня и нашла запыхавшаяся Аня. С шишкой на лбу и вырывающимся животным в крепких объятиях. Но в ответ на мою глупую широкую улыбку девушка вдруг испуганно округлила глаза и едва не заплакала, глядя на кошку.

—  Голубые, - всхлипнула сухо соседка.

—  Ч-что «голубые»? - непонимающе спросил я, стуча зубами от холода.

—  Глаза у нее голубые, не Настя это! У Насти зеленые!

Осознав всю абсурдность и комичность ситуации, я отпустил несчастную голубоглазую незнакомку и рассмеялся.

Домой мы шли вместе, устало опустив головы и подрагивая от мороза, что упорно пробирался под одежды. Конечно, ведь на нас не было ни шапок, ни перчаток, так как мы ожидали, что наше путешествие продлится от силы около десяти минут, а в итоге по заснеженным улицам мы бродили почти час, да так и не отыскали Настю.

На лестничной клетке нас ждало еще одно разочарование. Дверь моей квартиры все же закрылась, и без ключа, который остался лежать на тумбочке в коридоре, попасть внутрь было невозможно. Наблюдая за моей кислой миной, Аня хмыкнула:

—  Ладно, пойдем, посидишь у меня до утра, а там у вахтёрши запасной ключ попросишь, — она повернулась, подошла к двери своей квартиры, дернула за ручку и в сердцах разругалась. Дверь ее квартиры тоже была закрыта.

 —  А я говорил! —  не удалось мне сдержать злорадства.

Только вот у окна лестничной клетки дожидались приезда Аниной сестры мы вместе. Запасной ключ от квартиры, как выяснилось, был только у нее.

—  Да уж, встретили Новый Год! —  хмуро шмыгнул я носом и потер шишку на лбу пальцами.

—  Сильно болит? —  спросила девушка, опираясь боком на край широкого подоконника и ковыряя пальцем замерзший клубень картошки.

—  Ерунда, заживет. Жалко только, что Настю не нашли, —  раздосадованно махнул я рукой и вновь взглянул на светлую улицу по ту сторону стекла. Где-то вдали в небо взлетел первый фейерверк, с грохотом рассыпался на миллионы мелких звезд и уступил место для следующего. То же повторилось ещё, и ещё, и ещё… Искристые розы распускались то тут, то там. Они шипели, громыхали, свистели и заливали крыши домов светом.

Я почувствовал, как что-то быстро, бесшумно пробежало у моих ног, не успел испугаться, опустил голову и тут же встретился глазами с хитрым зеленым взглядом пушистой черной кошки…

Лимонова Мария (a21vu_3698)
07.03.2021 г. 0 11