Золотая осень

Рассказ "Загадочная осень"

Я сидела на берегу небольшого пруда, который еще этим летом переплывали местные мальчики, и, устав от полуденного зноя валялись в тени больших елей. Они лежали именно под елями потому, что легкие листики, висящие ажурной бахромой на тонких ветках берез, не могли их так хорошо укрыть от солнца, как могучие лапы хвойных деревьев. Еще недавно все вокруг было зеленым, словно покрыто изумрудом, а уже сейчас сверкает янтарем. Передо мной был открыт необъятный простор с водой. Опавшие листья, ряска, камыши по берегам, отражение деревьев – все создавало впечатление зеркала, в которое можно смотреть и видеть внутри далекий и таинственный мир. Рядом жужжали стрекозы, которые, размахивая своими широкими прозрачными крыльями, ловко лавировали между кувшинками. Стая пестрых диких уток плавно передвигалась по водной глади. Мама-утка вела за собой вереницу маленьких утят, которые с любопытством рассматривали все, что их окружает. Они видели природу в ее неприкосновенной красоте и плавали так, будто были в музее – мама-утка иногда покрякивала, а утята ей отвечали, словно задавали вопросы. Высокие камыши, шуршащими от ветра листьями, встречали утят, как стражи. «Они день и ночь не сходят со своего поста», - пояснила маленьким деткам мать.

Звуки природы: шум камышей, стрекоз, уток - сливались в спокойную мелодию, похожую на колыбельную. Я чуть прикрыла глаза. «Эй!» - одернул меня от раздумий твердый и знакомый мужской голос. Это был наш сосед, дядя Миша. Я не знаю, что его заставило прийти к пруду, но мне было приятно здесь его видеть. «Хорошая погода,- сказал он и добавил, - ты, наверно пришла полюбоваться осенним пейзажем?» «Да», - ответила я и про себя отметила, что он подобрал очень точное определение.

Высокие и стройные березки и тонкие осинки вереницей уходили вдаль, где пруд перетекает в речку. Желтые, золотые, оранжевые и красноватые листья яркими пятнами, как веснушки, выделялись на фоне темно-зеленых елей. Все напоминало нам, что скоро закончится осень, начнется зима, потом весна, и все запляшет, как в веселом хороводе. Мне стало жаль прощаться с такой прекрасной порой и хотелось запомнить ее такой, какой она была сейчас перед моими глазами.

Все это время, пока я размышляла, сосед стоял рядом со мной, видимо тоже наслаждаясь красотой первозданной природы, потеряв дар речи. «Ты же вроде хорошо рисуешь?» - неожиданно прервал тишину дядя Миша. «Я как раз об этом думала, - ответила я, - хорошо бы это запечатлеть. Дядя Миша, садитесь!» – пригласила я соседа, пригладив траву рядом с собой. Он тихо опустился и сказал: «Помню, когда я был маленьким, мы с мальчишками прибегали сюда, часто видели здесь старого художника, и, как завороженные, подолгу могли наблюдать за его работой». Я опустила голову на его плечо, легкий ветерок играючи трепал мои волосы. Дядя Миша продолжал: «Видишь, малиновый, а вон там коричневый оттенок на листике березы, здесь мелькает белый ствол, а внизу черные полосы, будто они хотят покрыть весь ствол, но пока еще накапливают силы. А видишь резной листик клена? Знаешь, сколько у него уголков? Один, два, три, четыре…»

Я приоткрыла глаза, щурясь от ласкового солнышка. Протерев глаза, я приподнялась, опершись на локоть, и увидела…две картины осени – одна созданная природой, а другая – талантом художника с помощью кисти. Они были совершенно одинаковые! Те же деревья, облака, зеркальная поверхность пруда…

Я обернулась. Далеко по дороге был виден удаляющийся силуэт дяди Миши. Улыбка непроизвольно скользнула по моим губам. Я еще долго смотрела на пейзаж и никак не могла поверить, что рядом со мной живет такой ,,Леонардо да Винчи”.
Осипова Марина (Яя)
23.09.2012 г. 0 1615