Проза

Вы здесь

Рассказ "Мамина гордость"

Мама проснулась до звонка электронного будильника. В занавешенное окно слабо пробивались первые робкие лучи солнца. Мама встала, прошла на кухню, поставила на плиту чайник. Пока тот закипал, насыпала в кружку кофе и, взяв ее в руки, посмотрела в окно.

– Прямо как у Гайдара в «Тимуре и его команде», – улыбнулась мама своим мыслям, – Как там было? А! «Вот уже три месяца, как командир бронедивизиона полковник Александров не был дома. Вероятно, он был на фронте».

Нет, Коленька – не полковник, и не на фронте. Но дома его нет уже больше недели, и он действительно в армии. Ну, как в армии! Как же болела душа, когда Коля рассказал, что ему предложили поучаствовать в марше памяти, посвященному подвигу подольских курсантов, отстоявших Москву в суровом октябре 1941 года, и он просит родителей разрешения принять это приглашение. Десять дней вне дома! В чисто мужском коллективе! Пусть и под присмотром классного руководителя! Но, черт возьми, десять дней!!!

Тогда на сторону Коли встали и отец, и сестра-двойняшка Галя. Да пусть попробует, твердили они на импровизированном семейном совете, взрослый же уже! Какой там взрослый?!

Невысокий, щуплый, очки «минус пять». Любимое развлечение – игры в смартфоне, отцом подаренном. Так и не скажешь, что восьмой класс заканчивает. Какой тут марш по местам боевой славы курсантов! И все равно ведь уговорили они тогда совместно, хоть и противилось сердце.

Сначала засвистел чайник, едва мама сняла его, услышала трели электронного будильника. Заворочался отец, что-то пробурчала из своей комнаты Галинка. Мама залила кипятком кофе и снова вернулась к своим мыслям.

Собирали Колю всей семьей. Маме хотелось положить в рюкзак все, хотя классный руководитель передал распечатанный список необходимого. Только и помнилось из списка – черные нитки и иголки, да компас. И это ее-то сыну, выросшему в пригороде столицы! Коля возмущался больше всех, когда мама пыталась вкладывать в рюкзак пару носков, трусы, плавки, туристический коврик. 

– Мам, ну я же говорил, мы там в сапогах будем ходить с портянками. Нам форму выдадут красноармейскую, а ты мне трусы кладешь «боксеры»! – чуть не плакал Коля, держа в руках с трудом найденный на антресолях старый отцовский компас. 

Тогда мамино сердце сжималось, но разумом она понимала – да, сын взрослеет. Да что там – он уже взрослый, раз сам на такую проверку собственных сил решился! Это не в школе время провести. Здесь чуть ли не военный поход, где каждый новый день не похож на предыдущий, и неизвестно что готовит.

Проводить себя Коля не позволил. Так же, как и сейчас, рано утром, взвалил на плечи рюкзак и ушел к Дому офицеров, где вся группа участников договорилась о встрече.
– Мам, я слышала, чайник свистел? – в кухню влетела дочка Галинка, – О, ты уже кофе пьешь? 

Начиналось самое обычное утро, наполненное гамом и суетой. Муж – Сергей Викторович, едва умылся и побрился, умчался смотреть машину, вдруг кто в заставленном автомобилями дворе выезд перегородил. Галинка, шумно отхлебывая кофе из чашки, оставшись за хозяйку в совместной с Колей комнате, перебирала многочисленные наряды. Все-таки предстояла ответственная поездка, где ожидала встреча со множеством зрителей. Негоже в такой толпе оказаться немодной! В приоткрытую дверь мама видела, как летают из шкафа на диван яркие цветастые платья, словно бешеная шуба барона Мюнхгаузена. Периодически Галинка что-то спрашивала у мамы, но та отвечала невпопад. Опять ее мысли были заняты Коленькой.

Он звонил каждый день. По вечерам. И его голос дрожал от восторга. Мама воспринимала все его успехи как свои. Вот он получил форму. Учится пришивать подворотнички и погоны. Вот их учат наматывать портянки. Отец, отслуживший в армии, слушая включенную мамой громкую связь, на этом моменте улыбался в густые пушистые усы. Надо же, дитя века двадцать первого оказался чуть ли не в веке девятнадцатом! Хм, портянки он научился наматывать! 

Вот он отправлен в наряд по кухне и учится чистить картошку. Мастер-класс дал им классный руководитель. Теперь вот Коленька весь день чистил «огроменный» мешок картошки на оба взвода. Мама вздохнула – ее сын готовит на почти полсотни человек. Ну какой же он умница! 

Вот они получили винтовки, самые что ни на есть настоящие! 
– С патронами? – ужаснулась тогда мама. 
– Нет, мам, – скороговоркой ответил Коля, – без патронов. Но они реально настоящие! 

И, лишь мама выдохнула, чуть не убил ее продолжением.
– Патроны потом дадут, когда мы в реставрации боевого столкновения участвовать будем. Будем в фашистов стрелять!

Он еще что-то говорил, но мама была в шоковом состоянии. Её сыночка, любимая кровиночка будет бегать по полям и стрелять из настоящей винтовки! С трудом донеслось до слуха, что реставрация эта будет в Медыни в Калужской области. И он их, всю семью, туда приглашает! 

Галинка тогда быстро влезла в Интернет и нашла всю информацию о предстоящем мероприятии. Действительно оно обещало быть настоящим шоу. Подумать только, больше сотни участников, несколько единиц боевой техники, куча пиротехники!

Вся семья не раздумывала – конечно, поедем! Где еще увидим Колю в бой идущим? Правда, до той субботы еще четыре дня впереди! Мама вся извелась. Галинка и Сергей Викторович старались поддержать ее как могли. Отец по вечерам приходил с огромными пакетами из магазина. Дочка занялась и хозяйством, и готовкой: у нее это хорошо получалось, и мама была ей очень благодарна. Сама же она так и жила ожиданием, когда Коля позвонит. Сын не подводил – звонил ежевечернее. Возбужденно рассказывал, что они весь день занимаются строевой подготовкой: учатся маршировать строем с оружием и без. Смотрите завтра в новостях. Они всей ротой пройдут по Поклонной горе. А потом – три дня пешего перехода по Калужской области!

С ночевками в палатках и питанием на свежем воздухе! 

В новостях их показали по Рен-ТВ. Каким-то чудом Коленька со своим маленьким ростом оказался во главе колонны. Впереди шел Андрей Сергеевич, Колин классный руководитель, а следом за ним и сам Коля. И действительно, все были в красноармейской форме тридцатых годов и у каждого за спиной были винтовки. Знаменитые трехлинейки, про такие знала даже мама. Сергей Викторович  объяснил, что у Андрея Сергеевича и Коли не просто винтовки, а карабины. Они короче винтовок и, скорее всего, выданы самым невысоким. 

Мама ходила на работу, выполняла поручения руководства, но видела все как в тумане. Коля звонил и чуть не визжал от восторга. Они шли по настоящим буеракам, сбивая ноги в кровь, с винтовками на плече и касками на голове, с заполненными вещмешками. Кто-то сдавался и просился пересесть в машину, сопровождавшую курсантов. Кто-то выдыхался и, хотя и шел вперед, но почти налегке. 

– Мама, я карабин свой несу и еще винтовку, парень один ослабел, так я у него взял с вещмешком! А Андрей Сергеевич вообще  с четырьмя винтовками и по каске в каждой руке!  Мы сегодня двенадцать километров прошли! И завтра столько же! Здесь дорог нет, мы по какой-то тропе по колено в воде идем! Кормят на каждом привале! До отвала! Наедаюсь как Галинка! И устаю так, что даже сейчас стоя засыпаю!

Мама плакала от счастья. Её сын не трус, не слабак, не бесчувственный чурбан! Он настоящий мужчина! 
– Ну что, Лена, ты готова? – этот вопрос вернул маму в действительность, – Я машину прогрел уже, мы с Галинкой перекусили и собой бутербродов настрогали. Она, вон, оделась даже уже!
– Да, конечно готова! – произнесла Елена Анатольевна, и только сейчас осознала что стоит в халате и держит в руках чашку с нетронутым остывшим кофе. 

День словно чувствовал свою ответственность перед их семьей и старался вовсю. Солнце светило так ярко, словно последний раз, на небе не было ни облачка. Даже трасса оказалась пустынной. Поэтому их «Опель» преодолел 140 километров до Медыни меньше чем за два часа. Народу на старом аэродроме собралось достаточно много – тысячи три. 

Вся их семья выбрала место на возвышении, чтобы видеть все поле, на котором развернется предстоящее сражение. Комментатор в микрофон объяснил, что вот там, в окопах, держат оборону красноармейцы, вот оттуда должны наступать немцы, а вот здесь противники встретятся. Конечно же, абсолютно все болели за «наших» и когда на окраине поля после взрывов пиротехники, изображавших артналет и бомбардировку немцев, появились фигурки в серо-зеленых мундирах, толпа зрителей одобрительно загудела, увидев вспышки выстрелов из окопов. А когда сквозь нестройный залп красноармейских винтовок прорвался гул двигателей и из перелеска, сминая кусты, на поле выдвинулись два советских легких танка Т-28, зрители заревели от восторга. 

– Мама! Мама! Смотри! – кричала Галинка, – Вон же наш Коля!

Елена Анатольевна давно его увидела, даже скорее почувствовала, что вот из того изгиба окопа из винтовки стреляет по врагу ее кровиночка-сынок. Один из наших танков был «подбит» и задымил, зрители ахнули, проклятые фашисты нагло и неспешно шли в атаку прямо во весь рост, стреляя из автоматов. 
«Ура!!!». Зрители аж подпрыгнули, когда около четырех десятков маленьких фигурок в красноармейской форме, выскочили из окопов и бросились на «немцев» в контратаку. Мама схватила Сергея Викторовича за руку и крепко сжала. Тот посмотрел на нее поначалу с недоумением, но сразу все понял. Мама прекрасно знала, что это шоу, что патроны холостые, что сейчас нет войны. Но ее Коленька идет в атаку, сражается за Родину, готов отдать свою жизнь за победу. Неужели такое может повториться в реальности? 

Мамины глаза наполнились слезами. Все происходящее виделось ей в дымке. Коля стреляет из своего карабина и на ходу, и с колена. Вот развернулись и драпанули «немцы». Красноармейцы провожали их улюлюканьем и свистом. А мама стояла в толпе, молчала и не замечала слез. Ее глаза не отрывались от маленькой фигурки, стоявшей у «подбитого» танка и салютовавшего успеху выстрелами в воздух. 

Она что-то шептала, но ни Галинка, ни папа не могли разобрать в шуме и гаме что.

– Сыночек, я тобой очень горжусь! Очень горжусь! Очень-очень!!!

Рогова Ирина (a21vu_7141)
14.12.2019 г. 0 21