Проза

Вы здесь

Рассказ "Чужих детей не бывает"

В одном небольшом селе в Б…. области проживали люди.  Жили они не бедно и не богато, каждому всего хватало, на судьбу не жаловались. Взрослые работали: кто с рассвета и до заката на покосе, кто на рыбном промысле, а кто в колхозе трудился.  А детвора резвилась, повсюду был слышен детский смех. Можно сказать, не жизнь, а сказка. 

Каждый день шустрые ручейки пробегали по полянам и лесам. Птицы распевали песни звонкими голосами, солнечные зайчики будили людей по утрам. Земля щедро дарила людей-тружеников богатым урожаем.

А через несколько лет началась Великая Отечественная война. Все люди поняли, что значит потеря, голод, холод и страх.  Немцы двигались со всех сторон на нашу страну, разрушая всё на своем пути, не щадя ни женщин, ни детей, ни стариков. За малейшее неповиновение расстреливали. Мужчины ушли на фронт, в селе остались женщины и дети. И вся тяжёлая колхозная работа легла на их хрупкие плечи. А ещё прибавился страх за детей.

Судьба подарила Елена Васильевне и её мужу Фёдору Степановичу  трёх детей.

Они жили очень хорошо. Дом построили большой, просторный, не важно, какие ветра бушевали за окном, он был наполнен теплом и радостью дружной семьи.

Фёдора Степановича природа наделила высоким  ростом и весёлым покладистым характером, а Елену Васильевну трудолюбием и добрым сердцем. Больше всего на свете она любила своих детей и мужа.

У них было трое детей. Старшенькому, Захарке, голубоглазому мальчугану  с чёрными кудрявыми волосами было восемь лет.  Посмотришь на него: вылитый отец, такой же упрямый, весёлый и деловой.  Среднюю дочь звали Ангелина. Она любила рисовать ангелов. Первое слово у неё было, не мама, а ангел. У неё были белокурые вьющиеся волосы, спускавшиеся ниже плеч. Ангелина была тихой и спокойной девочкой, любила помогать маме. Малышке было только шесть лет. Глаза у неё были ярко-голубые, бездонные, словно небушко. Часто, сидя на лугу, она разговаривала с птицами и травами. Сядет на лужок, да и бормочет себе под нос. Младшего брата звали Лёнька. Родителям просто всегда хотелось Лёньку. Вот и назвали. Лёнька  был очень серьёзным малым и рассудительным, несмотря на свой четырёхлетний возраст. Он любил истории Ангелины про ангелов.

Фёдор Степанович с первых дней войны был на фронте,  письма писал редко. Все домашние хлопоты, забота о детях, работа в колхозе легла на плечи Елены Васильевны.

Незаметно пролетели первые военные месяцы. Немцы настойчиво наступали, беспрестанно бомбили деревни, сёла и города. Женщины с первой зорькой уходили на работу, а приходили уже затемно. Дети оставались дома одни. Начали таять продукты, а малыши настойчиво просили у матерей еды.

Соседке Марии Николаевне, оставшейся так же, как и Елена Васильевна, одной с двумя детьми, было тяжело. Её Гришутка и Нюрушка совсем были крохи-погодки. Уходя на работу, она приводила их к соседке, чтобы дети Елены Васильевны присматривали за ними. Так женщинам было спокойнее. За старшего оставался восьмилетний Захар, строго соблюдавший все указания матери и тётки Марии.

Однажды все дети отправились в лес, надеясь нарвать ягод. Отпросившись у Елены Васильевны, которая прибежала домой на минутку, взяли лукошко и отправились в лес. Елена Васильевна присела на табурет, чтобы перевести дух, и не заметила, как задремала.

А в это время немецкие «мессеры» летели в сторону деревни. Бомбы падали и взрывались, сея панику и страх. Дети, успевшие дойти до лесочка, притаись под берёзовой кроной, прижимаясь друг к другу и дрожа от страха.

А когда после бомбёжки дети вернулись домой, то на месте дома увидели огромную яму.  Все соседи выходили и тушили пламя, но хозяйку не удалось спасти. Прибежала соседка тетя Маша, увидела плачущих детей, обняла их, утешая. Да разве можно утешить? Быстро дети взрослели на войне. А маленькая Ангелина подошла к яме и нашла что-то.  Ленька выл в голос. Ангелина громко крикнула:

- Братик, Захар, иди сюда я что-то нашла.

- Что ты нашла? – все обступили Ангелину.

- Не знаю.

Когда отряхнули запылившуюся бумажку, то поняли, что это чудом уцелела довоенная семейная фотография.

-Мама, папа, - прошептала Ангелина.

С чёрно-белого снимка смотрели, улыбаясь, Елена Васильевна  и Фёдор Степанович. Счастливая семья,  которой больше не было.

Тётя Маша сказала:

-Ну что ж, раз Леночка погибла, пойдёмте ко мне, в тесноте да не в обиде, ни бросать же вас, родненькие.

Наступила тишина.

Мария Николаевна забрала детей, жили все дружно в её маленьком домишке, построенном мужем до войны.  Только по ночам плакал Ленька и звал маму. Тогда Мария подходила, обнимала его и мальчонка понемногу успокаивался в ее теплых материнских объятьях.

Война была в разгаре. Наши войска отступали. Однажды в пасмурный осенний день пришёл почтальон и вручил письмо Марии Николаевне, адресованное её погибшей соседке, Елене Васильевне.  В письме было сказано:

«Здравствуйте, мои родные, Леночка и ребятишки: Захар, Ангелина, Лёнька. Я воюю, устал до смерти, но расслабляться некогда, нужно бить немца. Если бы вы только знали, как я хочу вернуться к вам! И, надеюсь, я скоро вас встречу. Как вы там без меня? Я очень по вас скучаю. За меня не переживайте, у меня всё хорошо. Надеюсь, что вернусь домой! Люблю всех и обнимаю! Ваш муж и отец  Фёдор.

А ниже была приписка, написанная другой рукой: «Фёдор Степанович пал смертью храбрых, защищая Родину от врага. Ранен пулей прямо в сердце. … Окропила его кровушка, омыла русскую землю. Не успел даже письмо отправить. Михаил Селиванов, боевой товарищ».

Прочитала Мария письмо и поняла, что круглые они сироты, некому о них позаботиться, кроме неё. Но как сказать  об этом детям, она не знала, да и не решилась. Недавно мать потеряли, Ленька только плакать по ночам перестал, а Ангелина вообще не разговаривает. Известие об отце убьёт последнюю надежду.

Так и жили, голодно, в тесноте, но дружно. Ленька, меньшой, всё чаще смотрел на семейное фото, разговаривая с мамой и папой. Захар нашёл на пепелище мамин платок, отброшенный взрывной волной и чудом уцелевший. А Ангелина рисовала своих ангелов.

Уходя на работу, Мария Степановна кормила детей, обнимала и приговаривала:

-Захар, остаешься за главного, печь я затопила, дрова подбрасывать не забывай. Ангелина, пожалуйста, присмотри за Нюрой и Гришей. Ленька, со двора ни нагой. Приду, будем есть.

А по  ночам Мария молила Бога, прося помощи и защиты. Не для себя, а для детей, которых у неё стало пятеро. Всех обуть, одеть, накормить нужно. Лишь бы сил хватило. Продукты таяли на глазах, Мария старалась больше кормить самых слабеньких, сама практически есть перестала.  Но, чем больше проходило времени, тем труднее становилось. Но Мария не отчаивалась. «Деревня не город, сдюжим, - думала она, - огород есть, протянем».

И только дети соседки Елены Васильевны скучали по отцу и матери. И ни ласка, ни забота соседки тети Маши не могла заглушить их боль.

Однажды они завели разговор:

-Как нам дальше быть? – спросила Ангелина Захара.

- Не знаю,  сироты мы теперь. Хоть тетя Маша нас не выгоняет, заботиться. Но ничего, папка с войны вернётся, заживём.

Они каждый день оставались дома  одни, помогали по хозяйству, пока тётя Маша была на работе в колхозе. Она  работала  целый день, приходила домой затемно, уставшая, валилась с ног. Детки, как пчёлки, окружали свою матку и обнимали. Плача и улыбаясь, она обнимала их в ответ, вставала через силу и начинала, как наседка, кудахтать над своими детьми. Она сама голодала, лишь только воду пила. И крошки доедала за ребятами.

-Тётя Маша, - подошла к ней однажды Ангелина, - я тебе гостинец припрятала.

-Гостинец? – удивилась Мария.

Ангелина к ней подошла и принесла ей чёрствый кусочек хлеба, но есть его было можно.  Обняла тётя Маша Ангелину,  прошептала ей на ухо:

- Ах, ты  мой ангелочек! Не зря тебя назвали Ангелина. Кстати, Ангелин, покажи свои рисунки, а то я  давно не смотрела, что ты там нарисовала. Всё работаю и работаю.

- Хорошо, - со вздохом ответила Ангелина.

 На рисунках, нарисованных карандашом, были изображены ангелы. Марии понравился последний ангел. Он держал  весы, на одной половине весов было солнце, на другой - луна. На луне сидела Елена Васильевна, а на солнце сидел их отец Фёдор Степанович. Они так были хорошо нарисованы, как будто отражение в зеркале.

-Ты обязательно станешь настоящим художникам, доченька, после этой проклятой войны.

-Мама, а когда она кончится, эта война? – спросил вдруг Лёнька, лежавший спокойно и наблюдавший за сестрой, которая рассматривала свои  рисунки.

-Не знаю, сынок, - ответила Мария, не заметив, что стала не только своих детей, но и детей соседки Лены звать «сынок» и «доченька».

-А разве ты наша мама? – спросил Захар. – Наша мама умерла.

-Теперь я ваша мама, Захарушка, а вы все мои дети, мои любимые дети.

Мария Николаевна поцеловала ребят, уложила спать поближе к теплой печке, погасила свет и тоже легла. Нужно было набираться сил для завтрашней работы в коровнике.

За эти несколько месяцев, прожитых вместе, она привыкла к детям, не различая, где свои, где чужие. Теперь они все были её. Всех нужно поднять на ноги. «Господи, дай сил пережить эту проклятую войну», - думала Мария.

… А к концу войны все дети дружно звали её мамой, потому что за эти годы она стала им настоящей любящей матерью. И, когда с фронта вернулся Пётр Андреевич, муж Марии, дети звали его папой.

Вот такая история произошла во время войны. Мария Николаевна к концу войны весила 37 килограмм, но всех детей сохранила живыми и здоровыми. Вот на что способна сила материнской любви.

Дога Юлия (Олеcия)
27.12.2020 г. 0 6